Антон Силуанов принял участие в работе сессии «Национальные цели развития: главные вопросы по итогам первого года работы» в рамках ПМЭФ-2019

Из стенограммы:

Антон Силуанов на ПМЭФ-2019

А.Силуанов: Добрый день, уважаемые коллеги. Действительно, сегодняшняя тема отражает все приоритеты, национальные цели. Это не нацпрограммы, не нацпроекты, это национальные цели развития, которые определены Президентом в указе. И именно по национальным целям он и будет с нас спрашивать – что сделало Правительство, регионы, как бизнес отработал. Национальный проект – это лишь один из инструментов реализации национальных целей. Сейчас самая главная задача Правительства, чтобы и нацпроекты, и все наши возможности были подключены, все мы включились в эту машину по выполнению национальных целей развития.

Действительно, много времени уже прошло, были подготовлены основы для реализации национальных проектов, для выполнения планов по национальным целям.  Абсолютно справедливо говорит Андрей Михайлович (Макаров), что по прошлому указу, вышедшему шесть лет назад, вроде бы всё выполнено, деньги освоены, зарплаты выплатили. Но выплатить зарплату – это значит освоить те финансы, которые пошли на обеспечение зарплат бюджетников. Сложная тема, но достаточно техническая. А вот как выполнить такие задачи, как увеличение темпов роста инвестиций, экономики, как поднять реальные доходы наших граждан, увеличить количество новых рабочих мест? Это одними деньгами не решить.

Нужно обеспечить вовлечение всех заинтересованных сторон в этот процесс. Здесь, конечно, и Федерация, и регионально-муниципальные власти, и предприниматели. Без увеличения числа предпринимателей не будет роста инвестиций, рабочих мест, соответственно, не будет и всего остального. Это наша основная задача, которая стоит с точки зрения экономики на сегодняшний момент.

Как это сделать? Здесь, конечно, должно быть федеральное решение. Сегодня говорили про закон, который гарантирует неизменность условий для инвесторов. Это один из таких моментов как раз. Это и либерализация законодательства – валютного законодательства, налогового законодательства, и должны лучше работать наши институты, контролирующие органы. Это вс в наших планах по реализации национальных целей, принятых Правительством Российской Федерации. Вы скажете – когда они заработают? Часть из них в глубокой проработке, часть уже реализуется. Я уверен, мы обязательно увидим результат, который скажется и на темпах роста.

Но сегодня мы пригласили регионы, так как важно вовлечь региональные власти. Для субъектов Российской Федерации также поставлены целевые ориентиры. И база этих ориентиров, 15 показателей, взята из национальных целей развития. Именно такая пирамида построена в системе управления: цели верхнего уровня распределяются на цели второго-третьего порядка, и субъекты вовлекаются в реализацию этих верхних уровневых целей.

И вот сейчас какие мы видим задачи, проблемы: необходимо, чтобы регионы тоже включились в полном объёме в решение национальных целей развития, поставленных Президентом. Что для этого нужно? Принять свои национальные проекты, принять комплекс мер по выполнению тех параметров, которые вытекают из национальных целей развития, и создать условия для того, чтобы предприниматели почувствовали изменения. Вот задача, которую мы должны поставить субъектам Российской Федерации. А для этого мы поставили цели, целеполагание, соответствующие стимулы для субъектов Российской Федерации, стимулы для предприятий, которые тоже будут участвовать в финансировании, участвовать в национальных проектах. Вся система должна заработать.

И основная наша задача, которую мы в Правительстве обсуждаем, это сделать так, чтобы эти национальные цели, национальные проекты как инструменты быстрее вовлекали туда все институты, всех участников, чтобы система быстрее работала. И тогда мы почувствуем изменения.

А.Макаров: Антон Германович, я так понимаю, что вопрос возник, в первую очередь, по деньгам. Денег не хватает. И показатели, ведь это действительно показатели по национальным целям, как они коррелируются с деньгами, которые идут по нацпроектам? Ведь отвечать-то главам придется не за то, на что выделили деньги.

А.Силуанов: Да, это справедливый вопрос, Андрей Михайлович. Но мне немного резануло слух то, что: «Национальные проекты – да, это здорово, но не хватает деньжат маленько». Во-первых, денег больше не будет, потому что государство приняло решение по ресурсам. Повысили налоги, НДС на два пункта, увеличили дефицит на полпроцента ВВП, и эти деньги направили на нацпроекты. И вы говорите: «Да вот, мы, может, и выполним, но не хватает. Подбросьте нам ещё». Вот на это нацеливаться не надо. И потом говорить: «Знаете, нам мало денег дали, мы не выполним».

Здесь вопрос, конечно, и денег, и тех решений, которые вы должны принять как руководители регионов. Предположим, вы должны принять меры по работе бизнеса. Как вы говорите: «Подключение к сетям – долго, дорого». Да, это федеральное решение. Предоставление участков для открытия бизнеса – ваше решение. И так далее. На региональном уровне гораздо больше можно сделать для создания благоприятного инвестиционного климата, чтобы бизнесу было комфортно работать и по новым проектам, и по действующим. Всё ли решается деньгами? Многое решается, я согласен. Но в данном случае нам всем нужно руководствоваться теми ресурсами, которые у нас есть. Выше головы, во-первых, не прыгнешь, а задача перед нами четко сформулирована.

Андрей Михайлович говорит следующее: «Как распределены эти пятнадцать показателей, исходя из нацпроектов? Не реалистично». Но, коллеги, эти  показатели распределялись по субъектам Российской Федерации  и по ведомствам – как бы в отраслевом разрезе распределили ключевые параметры по нацпроектам и по региональному разрезу. Регионы говорят: «Завышен показатель».

Здесь две составляющие. Первая: все эти показатели расписаны, исходя из тех задач, которые мы должны достигнуть к 2024 году. Есть целевой показатель, распланировали по годам, спустили по субъектам Российской Федерации из той базы, которая есть. Теперь регионы говорят: «Знаете, не смогу достичь, надо мне поменьше сделать». Если тебе поменьше, значит, кому-то побольше, иначе мы не достигнем итоговых показателей. Это с одной стороны. С другой стороны, есть, конечно, всегда и субъективные какие-то решения по этим показателям. Потому что где-то статистика, где-то пришел, условно говоря, налогоплательщик и ушёл. Показатели выросли, потом просели – надо учитывать.

У нас есть механизм – специально создана рабочая группа в Правительстве, которая будет рассматривать все вопросы, спорные с субъектами Российской Федерации. Будем отрабатывать. Но говорить о том, что: «Мы не выполним, снимите с нас такие задания», – это неправильно. Наоборот, мы ждем от вас предложения, как это сделать. Предложение дать дополнительно денег не принимается.

А.Макаров: Антон Германович, не могу не уточнить, но Вы как бы сами напросились. По поводу того, как цифры спускались – понятно, что просто разделили на регионы,  но сделали это двумя письмами Минэкономразвития без учета специфики регионов. Я могу на графике по каждому региону показать, где это не было учтено. Вот эта работа по надстройке, мы с вами в Сочи об этом договаривались, её надо будет проводить. Это не вопрос – учитывать или не учитывать. Я хочу защитить губернатора, всё-таки я из Рязанской области депутат. Он говорит не о том, что он не будет выполнять, он будет выполнять, сумасшедших губернаторов, которые скажут, что «мы не будем выполнять решения Президента», – уже не осталось практически. Речь идёт о другом. Вопрос, чтобы KPI губернаторов не было переложением ответственности отдельных министерств и ведомств на них, за те решения, которые принимаются на федеральном уровне. Ваша готовность слышать, и эта комиссия создаётся для этого.

Не могу не отреагировать на то, что вы сказали про 2% НДС, что это «резерв». 2% НДС отдали нефтянке на то, чтобы они цену на бензин не повышали. Как раз те средства, которые должны были от НДС получить, их получила нефтяная отрасль. А то, что сегодня идет спекуляция постоянная и будет идти, что нам будут угрожать повышением цен, и за счёт этого будут выкачивать из государства новые деньги, понятно. Я думаю, что деньги от НДС могли пойти и на какие-то иные цели. Может быть, хватит сравнивать доходность нефтянки с точки зрения того, как они торгуют нефтепродуктами внутри страны и за рубежом? Может быть, сравнить эту же доходность с тем, что имеют наши компании и что имеют зарубежные? Может быть, это был бы тогда чуть-чуть другой разговор. А то мы НДС сделали, а о том, кому мы его отдали – мы не говорим. Я понимаю, что это были другие деньги, деньги вообще не подписаны.

А.Силуанов: У нас была задача, она и сейчас есть, о том, чтобы сдержать цены на нефтепродукты – на бензин, на дизель на внутреннем рынке. Когда мы вели диалог с нефтяниками, была создана такая система, что при высоких ценах на нефть на мировом рынке мы доплачиваем нефтяникам за то, чтобы они держали цены  на внутреннем рынке ниже, чем на мировых рынках, потому что у них есть желание побольше нефти взять, продать за рубеж, получить больше прибыли. А кто будет на внутренний рынок по более низким ценам поставлять? Таких желающих нет, социальная ответственность крупного бизнеса у нас невысокая. Поэтому с тем, чтобы компенсировать уровень цен на бензин, на дизель, на наши нефтепродукты на внутреннем рынке, мы при высоких ценах доплачиваем нашим нефтяникам из нефтегазовых доходов, а при низких мировых ценах они нам будут доплачивать, потому что внутренний рынок будет для них премиальный. Создана такая плавающая система. Поэтому нам пришлось заплатить нефтяникам, мы так договорились.

Меня всегда беспокоит: мы оказываем помощь («дайте нам льготы по месторождению, дайте нам льготы по НДПИ»). Наша уважаемая компания Лукойл вложила 800 млн долларов в шельф на Конго. А мы им льготу предоставляем. Наши льготы куда идут: в нашу экономику или в иностранную экономику? Я уже не говорю про социальную ответственность бизнеса, про которую говорят, на неё, к сожалению, никто не обращает внимания, но хотя бы инвестиции можно сделать в России? Тем более что проектов у нас предостаточно. Если мы предоставляем льготы, то, пожалуйста, инвестируйте здесь, чего вам не хватает?

Если мы говорим о наших планах, поставленных по нацпроектам, то общая цифра, которая пойдёт на цели развития – 26 трлн, треть из которых – бизнес. И наша задача в том, чтобы бизнес поверил в то, что финансировать в России, финансировать вместе с государством – это выгодные проекты, это проекты действительно прибыльные. Мы здесь не собираемся забирать на какие-то социальные траты, бездоходные предлагать – нет.

Кстати говоря, мы вчера обсуждали в рамках встречи Президента с РФПИ с иностранным бизнесом, который готов вкладывать: «Мы хотим вкладывать в Россию, у нас хорошие результаты, несмотря на все ограничения, на санкции». Так вот, нам надо сделать так, чтобы наш российский бизнес тоже вкладывался бы вместе с государством в проекты, которые обеспечат им доходность, вот что главное. И здесь у нас есть институты развития, которые могут плечо подставить, и государство, есть инструментарий. Без вовлечения бизнеса мы не сможем выполнить эти проекты. И мы будем делать всё, чтобы работать вместе.

Мы сегодня рассматривали вопрос национальных целей. Они оттого и национальные, что все должны включиться. И это предусматривалось изначально, когда готовился указ, когда готовились решения Правительства по реализации наццелей, национальных проектов, что это должен быть национальный проект для всех. И если мы с вами все вместе будем двигаться в одном направлении, тогда мы получим хорошие результаты. Пессимистические нотки, которые были у нас сегодня на завтраке, о том, что «я не верю, скорее всего, и не будет» – это должно в головах измениться. И когда в головах изменится, тогда мы увидим и почувствуем эти результаты. Но нам надо идти вместе, тогда мы сможем и почувствовать результаты, и добиться тех задач, которые ставятся в нацпроектах. Считаю, что нам нужно всем вместе реализовывать эти задачи. Они национальные. Я вас всех к этому призываю.